Рилэнд

Здесь хранятся уже принятые квенты.

Модераторы: Морриган, Лила

Рилэнд

Сообщение Рилэнд » Вс фев 19, 2017 9:26 pm

Имя: Рилэнд Тирсем

Возраст: 41 год

Раса: Человек

Характер: Рилэнд подвержен социопатии, но при этом имеет определённые принципы и ещё не шагнул за грань полного безразличия. Во многом ему чyждо состpадание, но чyжд и садизм. Несмотря на то, что он убивал, редко когда совесть мучала его по ночам, а сам процесс не приносил удовольствия. Hе то, чтобы Рилэнд пpезиpал людей и остальные расы, просто он понимает, что от них нельзя слишком многого ждать и совсем yж ничего нельзя тpебовать. Пусть Светлые и Тёмные говоpят, что их Боги за них, но сами-то эти Боги прячутся за спинами своих служителей, предпочитая манипулировать. И по такомy слyчаю Рилэнда мало волнуют вопpосы спасения собственной души, как и душ других, а волнyют лишь жизнь и свобода. Пpичем не какая-нибyдь сладкая жизнь среди роскоши и доступных женщин - нет, он готов и на жизнь аскета, только чтобы его не тpогали. Практически полное отсутствие чувства нравственности, совести, морали, можно назвать это как угодно, лишает его одного из самых распространённых соблазнов - соблазна самообмана. Он не притворяется кем-то другим, не пытается выглядеть хорошим в глазах посторонних. Пожалуй, можно назвать это настоящей честностью. Часто в ситуациях нравственного выбора, где «между правильным и простым» означает «между жизнью и смертью», правила хорошего тона уже не могут задавать направление пути. Бyдyчи единственным "pыцаpем" своего собственного знамени, Рилэнд продолжает следовать собственным путём по очень тонкой грани, не принимая чужой философии и чужих взглядов, но и не заставляя кого-то разделять свои.

Внешность: Судя по первому взгляду мужчине слегка за сорок лет. Об этом говорят морщины, успевшие появиться на узком, хмуром лице и первая седина тронувшая виски длинных, до плеч, каштановых волос, забравшаяся в короткую, не в пример волосам, ухоженную бороду. Это лицо было бы довольно заурядным и непримечательным - лицо обычного человека с первыми признаками старости, если бы не шрамы, которые сразу бросаются в глаза. Один довольно толстый и косой, но не слишком длинный, идущий по правой щеке, а другой едва заметный, тонкой, бледной линией берёт своё начало слева от сбитой переносицы и пересекает её. Большинство людей смотрит на мужчину снизу вверх, потому что ростом он вымахал в пять локтей, как сказал бы иной крестьянин. Даром что в разных местах мера этого "локтя" сильно разнится, а потому человек хоть с каким-то образованием скажет, что рост этот составляет около ста девяноста сантиметров (192 см), а может быть и на пару сантиметров больше. Человек не слишком широк в плечах, но сложен ладно, особенно это касается его крепких рук, перетянутых венами, словно тросами. Кожа на ладонях грубая и жёсткая. C первого взгляда не сразу заметно - на правой руке не хватает первой фаланги мизинца. На плече левой руки осталась половина содранной с кожей чёрной татуировки, что некогда была точным изображением человеческого сердца в языках пламени. Чуть ниже плохо различимая надпись теми же чернилами: "Сг.р.ем с н..лажде...". Глаза какого-то болотистого, тёмно-зелёного цвета, под кустистыми бровями, смотрят на окружение внимательно, но спокойно. Голос низкий и в повседневности довольно тихий с лёгкой хрипотцой. Может возникнуть подозрение, что его обладатель намеренно сдерживает себя, чтобы не начать громко басить.

Квента:

Лето 1034 года. Раннее утро. Один из жилых районов Устера.

Дома были погружены в лёгкий утренний туман, который постепенно рассеивался под первыми лучами тёплого, летнего солнца. Молодой, поджарый мужчина быстрым шагом шёл по выстланной гранёным камнем улице. На его каштановых волосах, словно седина, затвердела морская соль, а матросская рубаха, на половину расстёгнутая, обнажала загорелую грудь. Рилэнд спешил домой, желая проведать свою мать, которую не видел уже два года. Именно столько лет последний корабль, на котором он служил, каракка под названием «Медуза», не заходил в порт его родного города. Солнце почти полностью вышло из-за горизонта, когда мужчина подошёл к двухэтажному, деревянному дому. Его фасад был выкрашен потускневшей от времени синей краской, а карнизы окон второго этажа украшали цветочные ящики. В одном из окон, пожилая женщина поливала водой настурции, поправляя при этом их рукой. За своим занятием она даже не заметила одинокого путника, подошедшего к дому. Увидев её Рилэнд улыбнулся, но сдержался, промолчав. Он быстро отворил входную дверь собственным ключом и не медля, поднялся по тёмной лестнице на второй этаж, замерев перед полуотворённой дверью. Через неё можно было увидеть всю комнату. Известие о прибытии «Медузы», конечно же, ещё не дошло до его матери. Женщина продолжала самозабвенно ухаживать за цветами, но вдруг кто-то обхватил её за плечи.

- Мама!

Она вскрикнула, обернулась и увидев сына, тут же бросилась в его объятия, вся бледная и дрожащая.

- Что с тобой? Ты больна? – забеспокоился он.

- Нет, конечно же, нет, дитя моё. Ты застал меня врасплох. О, кажется, я сейчас просто умру, - в это не трудно было поверить, судя по её бледному лицу, - Это всё от счастья.

- Успокойся, успокойся. Я вернулся домой. Вернулся навсегда. Ну, улыбнись же!

- Но…почему? Как же так? Неужели ты больше никуда не уплывёшь?

- Моё место здесь, - Рилэнд кивнул куда-то в сторону, - А там для меня больше ничего нет. Я увидел большинство из того, что мне хотелось.

- О, боги! Какое счастье! – лицо пожилой женщины просияло.

В этот момент силы изменили ей. Тяжело вздохнув, она осела на стул подле стола.

- Да что же это? – воскликнул Рилэнд, - С тобой точно всё хорошо? Тебе нужно позавтракать. Сейчас я что-нибудь принесу.

- Нет, подожди! Не утруждай себя, - мать тут же остановила его, - Еды в доме нет. Я же ещё не сходила на рынок.

- Как это нет еды? Совсем? Ничего? Тебе не хватает денег? – в его взгляде был неподдельный испуг, - Я ведь оставил тебе почти всё, что накопил за многие годы, когда приезжал в последний раз.

- Это так, но содержание этого старого дома обходится не дёшево. И помнишь, ты не вернул кое-какие долги ростовщику, а он обещал дойти до самого наместника. Ох, сынок, да и много ли мне нужно? – не смотря ни на что, она улыбнулась.

- Никогда себе этого не прощу! – мужчина схватился одной рукой за голову, но тут же сорвал тугой кошель с пояса, высыпая десятки золотых монет на стол, - Вот. Бери всё. Купи столько еды, сколько хочешь. Купи лучшее вино. Найми служанку. Скоро мне заплатят ещё, а потом…потом я найду работу.

Всё утро и первую половину дня Рилэнд провёл со своей матерью, рассказывая ей о новых землях, которые ему довелось повидать и диковинных городах, где швартовался их корабль. С приближением вечера он отправился в один из портовых трактиров, где его ждала остальная часть команды «Медузы». Они собирались отпраздновать своё списание на берег, а так же попрощаться со своим приятелем. Тогда Рилэнд ещё не знал, что в трактире его ждёт встреча, которая бесповоротно изменит всю его оставшуюся жизнь.

Вечер того же дня. Трактир «Старый рыбак».

- За нашего славного друга и…и, чёрт побери…За лучшего старшего матроса, под руководством которого я…я... – пошатывающийся мужчина громко икнул.

Тост так и не был закончен. Под дружный смех большой компании моряка усадили обратно на длинную лавку и все дружно выпили из своих кружек. Даже капитан не побрезговал присоединиться к веселью, а через минут десять после начала, отозвал Рилэнда в сторону, признавшись, что очень разочарован его решением, оставить морскую стезю позади. Тогда же Рилэнд узнал, что буквально через несколько дней его хотели сделать первым помощником на «Медузе», благо предыдущий соизволил перейти на другое судно. Эта новость была абсолютной неожиданностью, но менять своё решение бывший моряк не собирался. Остаток вечера прошёл бурно и весело, но в отличие от остальных Рилэнд пил мало, всё больше погружаясь в свои мысли. Ему не хотелось вновь отправляться в плаванье. Это были хорошие деньги, но он не мог согласиться, особенно после того как обнадёжил свою мать. Как же она была счастлива. Все уже разошлись, перед этим, по сто раз попрощавшись со своим приятелем. За окнами стемнело, а Рилэнд продолжал сидеть в трактире, гоняя по дну кружки остатки рома.

- О-хо-хо! Рилэнд! Это же ты, клянусь задницей Кхела!

Громкий, весёлый оклик вывел мужчину из его раздумий. Он поднял голову. К его столу приближался незнакомец с гривой волос пшеничного цвета и широкой улыбкой на губах. В росте он не уступал самому Рилэнду и был одет в добротный кожаный доспех со стальными заклёпками. Элементы доспеха были повсюду, на плечах, груди, ногах, даже ботинки были укреплены. В тёмно-красных ножнах на поясе, висел полуторный меч. Навершие рукояти было стилизовано под оскалившуюся морду какого-то чудовища, а гарда, вроде бы, покрыта позолотой.

- Да. Это я, – как можно увереннее ответил он, силясь вспомнить лицо этого человека.

- Ты что меня не узнаёшь? Я ведь могу обидеться! – тихий смех.

Незнакомец, не спрашивая разрешения, вольготно рухнул на лавку прямо по другую сторону стола от Рилэнда.

- Твою ж мать, как же так? Мы же вместе росли! Соседний дом, а?

- Гестор? Гестор! Не может быть! Как же ты вымахал, а был ниже меня ростом, – оба сразу же рассмеялись.

- Какими судьбами, Ри? Мне казалось, ты покинул наши края навсегда.

- Мне так тоже казалось, но я решил переосмыслить свою жизнь. Кто-то должен заботиться о моей матери. Она слишком гордая, чтобы просить помощи у других.

- Это благородно. Разделяю твоё решение, - взгляд Гестора стал более внимательным. Он словно оценивал своего собеседника и от Рилэнда это не ускользнуло.

- А как ты? Что с твоим отцом?

- Старик скончался два года назад, да упокоится его душа. Я же не бедствую. Служу в отряде наёмников. Сам видишь, - Гестор положил руку на рукоять своего меча, погладив ту пальцами.

- Да-а-а, - задумчиво протянул Рилэнд, - И дела у вас идут весьма не плохо.

Ещё с час мужчины беседовали друг с другом, вспоминая случаи из своего детства, а после перешли к более зрелым годам. Один рассказывал, как по настоянию родителей, отправился в медицинскую академию в Амиделе, проучился там пять лет и бросил её, пустившись в авантюрные плаванья по южным морям в составе экипажа торгового судна, а после был другой корабль и ещё один, и ещё. Второй поведал, как продолжал свою жизнь в Устере, а после уехал в Мидел, вступив в ряды городской стражи, как подобно Рилэнду бросил свою службу, встретившись с отрядом наёмников «Огненные сердца», как они рылись в гробницах по чьему-либо заказу и сражались с различными тварями, которые угрожали небольшим деревням и городам. Почти перед самой полуночью Гестор внезапно сменил тему разговора, задав короткий, но судьбоносный вопрос.

- Хочешь к нам?

- Что? Ты предлагаешь мне стать наёмником?

- Вот это сообразительность! Слушай. Ты на жизненному распутье, образован, молод и крепок. Знаешь, как слаженно работать с другими, умеешь подчиняться приказам. И самое главное, - Гестор поднял указательный палец вверх, а потом ткнул себя им в грудь, - Ты знаком со мной.

- Да, я сражался-то всего пару раз в своей жизни, а точнее только защищался. И то, как я уже рассказывал, это были не самые удачливые пираты.

- Отговорки. Наш главный, Марций, сам решит на что ты годен. За год из тебя сделают настоящего бойца. Поверь.

- Не знаю. Мне нужно подумать. Я только что вернулся домой, а это всё как-то слишком быстро.

- Только не надо ломаться, как баба, Ри! Хватай свою жизнь всей пятернёй и дави, дави, что есть сил. Глядишь, когда разожмёшь кулак, в нём окажется алмаз.

- Дай мне хотя бы эту ночь на раздумья.

- Ладно. У тебя есть время до рассвета. Утром я и мой напарник выезжаем из Южных ворот к Миделу. Приходи, если решишься, - Гестор хлопнул своего старого друга по плечу и резко встал из-за стола.

Рилэнд уже ничего не ответил, лишь наблюдал, как наёмник подошёл к трактирщику и отдал ему какой-то клочок бумаги, а вместе с ним несколько золотых монет. Видимо ради этого он и пришёл сюда изначально, не ожидая встретить в этом трактире друга детства.

Неделю спустя. Середина дня. Лагерь в северных предместьях Мидела.

Солнце пекло с самого утра и лишь усугубляло ситуацию. Рилэнд упёрся руками в колени и согнулся, отхаркивая слюну. Грудь ходила ходуном, быстро втягивая и выпуская воздух. Горячий пот струями стекал по лицу, срываясь большими каплями с кончика носа и подбородка.

- Смотри не грохнись в обморок, - за спиной раздался каркающий голос Марция, - Сразу отправишься домой. Пешком.

Рилэнд слабо кивнул головой, из-за чего капли пота градом полетели к земле. Мужчины стояли на краю палаточного лагеря, расположенного не далеко от каменных стен столицы Срединного королевства. Впечатление производило то, что в лагере помимо собственно палаток, было два больших шатра – один для Марция, а второй для полевой кухни. Ни в том, ни в другом самому Рилэнду побывать не довелось. С полудня лидер наёмников вместе с Гестором гоняли новичка до изнеможения. Остальные девять членов отряда даже не здоровались с незнакомым им человеком.

- Ладно. Отдыхай. Через пять минут мы продолжим.

После этих слов Марций отозвал Гестора в сторону для разговора.

- Я отказывал и более выносливым. Этот продержался несколько часов и посмотри на него, - наёмники повернули головы глядя на Рилэнда, который всё никак не мог отдышаться после длительной пробежки.

- Я и не спорю, но это дело практики.

- Только что поспорил, но ты прав. Не смотря ни на что, этот моряк подходит идеально. Столько лет вдали от родины. Никто его почти не помнит. Хочет много золота, но не похож на идиота. И главное никаких привязанностей, кроме его матери.

- Он умеет читать и писать. К тому же знает, как обрабатывать раны. Хорошее зрение, сильные руки. Понимаешь?

Под широкой шляпой, надвинутой на лицо Марция, появилась кривая улыбка.

- Нам нужен стрелок. Ты всё сделал верно, Гестор. Но не будем забегать так далеко вперёд.

- Так он с нами?

- Ещё не до конца, - Марций хмыкнул, - Погоняй его немного. У меня есть дела.

С этими словами лидер наёмников развернулся и направился в сторону своего шатра. Рилэнд наблюдал за разговором, но ничего не слышал. Его первое знакомство с Марцием оставило сильное впечатление. Казалось, что этот человек держался как бы в отдаление от собеседника, что лишало возможности заглянуть к нему под шляпу. Единственное, что можно было видеть - частую недобрую улыбку на лице. Что-то в нем заставляло думать о шестерёнках и смазочном масле. Какая-то механическая плавность движений и всеобщая подтянутость. Единственное, что было точно известно о его лице - это кривой отвратительный шрам, протянувшийся по всей его левой стороне. Как позже решил Рилэнд, этот шрам определял судьбу Марция - по крайней мере, представить его занимающимся чем-то, помимо убийства было невозможно. Этим же вечером, один из наёмником по имени Лиет, начал наносить татуировку на правое плечо Рилэнда. Она изображала человеческое сердце во всех подробностях, окружённое языками пламени и объясняла, почему наёмники называли свой отряд - «Огненные сердца». Позже, чуть пониже сердца добавилась надпись «Сгораем с наслаждением». Почему же они "сгорают" Рилэнд начал понимать только спустя год.

Весна 1038 года. Ближе к полудню. Бордель в Алима.

Пробуждение было просто отвратительным. Рилэнд еле разлепил глаза, ворочая сухим языком во рту. Похмелье яростно насело на ещё сонную голову. Наёмник с трудом мог вспомнить, что происходило вчера ночью. Вялым движением он почесал правое плечо, на котором посреди воспалённой кожи красовалась уже пятая стрела, вонзённая в вытатуированное сердце. Откидывая руку в сторону Рилэнд случайно задел девушку лежавшую рядом. Она что-то тихо пробормотала сквозь сон. Теперь он начал вспоминать. Вчера была четвёртая годовщина его вступления в отряд наёмников, которые стали его новой семьёй. Они обошли многие места Срединного королевства с севера на юг и с запада на восток, изредка забредая даже до западных границ Древнего леса. В такие дни Рилэнд обычно раздумывал над тем, как трудно далось ему решение вновь покинуть родной дом и оставить мать одну. Хотя почему же одну? Теперь у неё была служанка, а оплата шла на месяцы вперёд. Всё было хорошо. Разве что стоит навещать старушку почаще при такой возможности. С каждым годом эта мысль появлялась в его голове всё реже и реже. Большую часть времени занимали раздумья о работе. Нет, не о тех жалких заказах, которые они выполняли для отвода глаз, а о настоящей работе. Не далее, как пару дней назад Рилэнд вернулся с очередной победой. Победой ли? Да, со стороны это выглядело, как очередное успешно выполненное задание. Он всё сделал чисто, но какой ценой? Рилэнд "умирал" перед каждым убийством, потому что что-то человеческое, погибало внутри, не выдерживая смеси ужасного напряжения и какого-то древнего животного инстинкта. И каждый раз он возвращался таким же мертвым, какими становились его жертвы, погружаясь всё глубже в вакханалию безудержного веселья. А дальше всё шло по кругу – заказы для прикрытия, путешествия от города к городу, новые контракты, женщины, алкоголь, иногда даже что-то хуже и снова наёмнические заказы. Марций всегда сам занимался поиском "настоящих" заказов и никто не знал где он их достаёт. Два года назад Рилэнд поделился своими мыслями с Гестором и тот пошутил, что это червь сомнения пожирает доблесть и отвагу в его душе. Практически каждый проходил через подобное и не стоит на этом зацикливаться. В конце концов, он сам на всё согласился. Да и не существует в мире такого места обитания людей, где не пролилась бы их кровь. И каждый новый заказ он встречал зверем, готовым убивать. Рилэнд уговаривал себя, что это лишь для его матери. Откуда ему было знать, что всего через три года она умрёт, а его в этот момент не будет рядом? Протяжно зевнув, наёмник поднялся с кровати и начал одеваться. Через три года ему уже не нужно будет заниматься самообманом. Гестор не соврал.

Осень 1046 года. Глубокая ночь. Где-то в портовом районе Устера.

В какой-то миг Рилэнд понял, что спит и видит сон. Иногда такое случается и обычно, через несколько секунд ты просыпаешься, но не в этот раз. Сейчас всё было по-другому. Седовласый старик сидел в ветхом кресле, посреди комнаты, в которую через распахнутые ставни лился солнечный свет. На его коленях устроился розовощёкий мальчишка. Их силуэты были слегка смазаны, но всё равно Рилэнд понимал, что видит себя и своего деда по материнской линии. Про такого человека сказали бы «от земли». В нем действительно чувствовалась какая-то связь с землей. Словно он являлся некой квинтэссенцией простоты и человечности. В его выражениях сквозила некая крестьянская непосредственность и как бы сознательное упрощение слов. Он часто любил говорить на высокие темы: о жизни, о ее роле, о земле, и о богах. Говорил он короткими простыми фразами, задевающими, однако, какую-то внутреннюю струнку. Понадобилось больше тридцати лет, чтобы понять их. А ведь Рилэнд спорил с ним и был полон этих мальчишеских иллюзий о борьбе добра и зла, которую так презирал сейчас. Слова старика звучали неестественного громко для его возраста:

- Видишь ли, Ри, кхелары эти, они как мухи, слетелись целым роем туда, где их никто не ждал. Помнишь, как не так давно они сожгли девицу? Ещё этот жрец всё вопил, что она проклятая кровопийца. Зачем только ты со своими дружками побежал смотреть на этот ужас? А какие у тебя после этого были испуганные глаза. Но послушай, брешут твои кхелары чего-то. Я как чувствую - цели у них не те. Разве им когда было дело до блага простого люда? Да и голова у этого жреца как-то не по-человечески работает. Статуя какая-то, так я думаю. Вот только разве что статуя так злиться не умеет.

Тогда он оказался прав. Она была молода, даже слишком, но пламени всё равно кого пожирать. Через год все уличные глашатаи Устера рассказывали, что так называемый жрец Кхела со своими помощниками, были сожжены на костре в Миделе. Оказалось, все они были приверженцами Рогатой Крысы и погубили невинную девушку только ради им понятных целей. Пламя с удовольствием поглотило и их. Многие отнеслись к этой новости весьма обыденно, но детский разум впервые встретился с настоящей мерзостью этого мира. Добро стало злом, но в итоге было искоренено тем же методом, которым однажды воспользовалось само. Что-то в этом показалось маленькому Рилэнду очень не правильным.

- Эй, ты ещё жив?

Грубый, слегка насмешливый голос прозвучал где-то далеко и отозвался волной боли раскатившейся по всей голове. Веки медленно приподнялись. Первое что увидел перед собой Рилэнд – грязный пол, разутые ноги и тонкая струйка алой слюны, свисающая с его гладко выбитого подбородка. Новая волна боли, ещё сильнее прежней возникла в голове. Он застонал и воздух со свистом вышел из груди. Последующий же вдох был обжигающим. Правая часть лица, судя по характерному чувству стянутости, сильно опухла. Осознание реальности вернулось с неизбежностью кузнечного молота, бьющего по наковальне. В какой-то момент Рилэнда чуть не вырвало. Он помнил, что ему что-то снилось, но не помнил что именно. Верзила рядом улыбался.

- Продолжим знакомство, Рилэнд Тирсем. Вот уж дрянное имечко. Словно перекатываешь во рту несколько валунов.

Громила держал в руках небольшую дубину, обтянутую варёной кожей со свежими следами крови. Руки его пленникам были привязаны к подлокотникам крепкого, деревянного кресла, без какой либо обивки. Теперь Рилэнд смог слегка оглядеться, на сколько позволял свет одного факела закреплённого на стене и мутные круги, мелькающие в глазах. Он находился в просторном помещении, заполненном различными ящиками и тюками. Почему-то рядом стояла небольшая жаровня с разогретыми углями. Отчётливо различался шум морского прибоя, а воздух был солоноватым.

- Я не буду ничего тебя спрашивать. Твой работодатель всё рассказал сам. Просто, чтобы не было недопонимания. Ты здесь умрёшь и смерть твоя, будет очень, очень медленной.

Намереваясь подтвердить свои слова, громила отошёл к ближайшему ящику, положив на него дубину и взяв мясницкий топор. В эти секунды Рилэнд проверил свои путы, слегка дёрнув руками. Верёвки лишь сильнее впились в кожу.

- Не понимаю. Кто ты такой? Ты что её знал?

Горло пересохло, голос стал очень низким и хриплым. Вместо ответа пленник получил ощутимый удар в челюсть. На миг складская комната растворилась в полной темноте. Голова закружилась и снова подступила тошнота. Рилэнд почувствовал, как верёвка спадает с правой руки. Его пленитель положил освобождённую ладонь на небольшой столик подле кресла, придерживая её свободной рукой. Сил сопротивляться не было.

- Кричи, стони, умоляй. Только без вопросов.

Удар был быстрым и беспощадным. Лезвие топора с громким стуком врезалось в деревянную столешницу, отсекая фалангу мизинца. Кровь хлестанула во все стороны. Сначала Рилэнд даже ничего не понял, а через какую-то долю секунды вздрогнул всем телом и закричал. Громила продолжал прижимать руку к столешнице, а после того, как крик перешёл в стон и бессвязное бульканье, прерывающееся сбивчивым дыханием, перехватил топор и начал бить обратной, тупой стороной по оставшимся пальцам. Один раз, второй. Звук был такой, словно ломают старые, сухие ветки. Крик превратился в какое-то хриплое завывание, из глаз потекли слёзы, а благословлённое забвение почему-то не приходило. Дальше всё было словно в тумане, где-то на грани сна и реальности. Палач вернул окровавленный топор на место и подошёл к жаровне, вынимая из неё раскалённый нож. Им он прижёг рану на остатке пальца. Последнее, что услышал Рилэнд шипение и треск ломаемой двери.

- Она приближается. Готовься.

Призрачный голос тихо, но настойчиво звучал в голове у лучника. Он стоял на чердаке перед распахнутым окном. Его лук упирался нижним плечом в основание стопы левой ноги. Лёгким усилием мужчина слегка согнул своё оружие и быстро набросил петлю тетивы на верхнее плечо лука. Через несколько секунд он уже занял позицию для стрельбы, преклонив правое колено. Было темно, наверное, уже за полночь. Небо затянуло тучами. В этой темноте едва различались крыши домов Устера. Улицы города, которые днём казались самыми обычными, с наступлением ночи наводнялись отбросами общества - ворами, контрабандистами и убийцами. Рилэнд был одним из них.

- Ри, делаем как обычно. Раз…

Знакомый шёпот Дарена прозвучал в голове. Рука скользнула к колчану на поясе, вынимая стрелу с наконечником листовидной формы. В этот момент, едва заметный женский силуэт, закутанный в плащ, показался в противоположном конце погружённого во мрак переулка. Кажется, её сопровождало двое мужчин.

- Два…

Рилэнд наложил стрелу на тетиву, придерживая её за хвостовик и выпрямил левую руку, поднимая лук на уровень плеч. Тетива заскрипела, когда мужчина натянул её до самого подбородка, после чего замер.

- Три!

Голос мага слегка сорвался и прозвучал громче, чем прежде. Свет озарил ту часть ночного переулка, где находилась женщина со своими охранниками. Они растерялись, закрыв лица руками.

- Ри, стреляй! Чего ты ждёшь?

В этот раз он и правда медлил. Это была его шестнадцатая жертва. Почему-то это число показалось ему очень большим. И всё же на середине выдоха пальцы лучника, удерживающие стрелу, а вместе с ней и тетиву, разжались. В следующий момент Рилэнд сам превратился в эту стрелу и летел, летел…так медленно, словно мир превратился в вязкий кисель. Дома по обеим сторонам переулка растворялись во тьме. Исчезло небо, земля, даже мужчины сопровождавшие незнакомку. Остался лишь он, она и круг яркого света. Ему хотелось остановиться, отлететь в сторону, просто раствориться во тьме, но стрела неумолимо приближалась к цели. Всей силы воли мира не хватило бы, чтобы отклонить её. Наконечник медленно погрузился в грудь жертвы, угодив в правую часть сердца. Не каждый выстрел столь удачен. Когда женщина падала, капюшон слетел с её головы, открыв молодое, даже слишком молодое лицо. А потом она внезапно загорелась. Вспыхнула жарким пламенем и где-то вдалеке, раздался знакомый крик боли. Запахло жареным мясом и палёной древесиной. Чувство ужаса полностью поглотило разум Рилэнда и с этим ощущением, он очнулся, осознав, что лежит в кровати полностью покрытый холодным потом.

Лето 1047 года. Ранний вечер. Постоялый двор в южных предместья Мидела.

Заведение было полно посетителей. Вечером тут так всегда, особенно в тёплые времена года. Путешественники, торговцы, даже местные крестьяне иногда заглядывают сюда, чтобы выпить, после работы на полях, хотя по их меркам цены кусаются. За гомоном речей, постукиванием кружек, вилок и ножей, два собеседника, не таясь, сидели за одним из столов, медленно распивая пряное пиво.

- Борода тебе идёт, как ни странно, - Лиет слегка улыбался.

Он был на несколько лет младше, и в смоляных волосах не было и намёка на седину, чего не скажешь про Рилэнда.

- Рад, что ты ещё жив, после Устера. Знаешь, я хотел ещё раз поблагодарить тебя за то, что спас меня. Если бы ты не решил зайти ко мне домой на следующий день, чтобы поговорить о моей…хм…медлительности и не застал этих ублюдков, волочащих меня в ночи…

Они были друзьями, если можно так сказать. Возможно, Лиет был его единственным настоящим другом. Как ещё назвать человека, который спас тебе жизнь рискуя своей собственной?

- Благодарность принята. Знаешь, я чуть не выблевал свои лёгкие, пока бежал за повозкой. Ну да ладно. Это же ты выпустил стрелу. Вот что для них важнее всего. Теперь нас ищет ещё и бывший главарь. Я всего лишь страховал тебя и Дарена, но они убьют и меня для верности. Надеюсь быстро, - тяжёлый вздох.

На несколько секунд они замолчали, отпив напиток из своих кружек.

- Он сдал нас. Сдал не раздумывая, спасая свою шкуру и это не смотря на столько лет верности. Дарен давно мёртв, а я, скорее всего, не доживу до конца этого года. Не думаю, что всё так легко забудется.

- Хочешь сказать, что пора уезжать?

Рилэнд молча кивнул.

- Дай догадаюсь. В Устер нам нельзя. На востоке людям делать нечего. А отправляться в Алима – лишь оттянуть неизбежное.

- Всё верное, всё верно.

Лиет лишь слегка хмыкнул. Всё это было слишком очевидно.

- Значит на запад? А может быть, стоит рвануть в Амидел? Помню, ты рассказывал, что тебя там ждёт одна знойная южанка.

- Пятнадцать лет назад, Лиет. Это было пятнадцать лет назад. Ты рехнулся?

- Расслабься, я просто шучу. Так что в итоге?

- Я не знаю.

- Ты не знаешь?

- На запад – это верно, но что будет дальше, я не знаю. Мне…всё надоело. Ничего больше не хочу. Как отсекло. Я даже бегу инстинктивно, без страха. Хуже чем зверь.

Рилэнд выдохнул и в несколько больших глотков осушил кружку.

- Честно говоря, не знаю, что с тобой произошло после последнего дела. Естественно, кроме того, что тебя чуть не порубил на куски тот мордоворот. Но я не про твоё тело, а про то, что в твоей голове. Раньше ты точно знал, чего хочешь и как этого добиться.

Лиет постучал указательным пальцем по своему виску, словно напоминая, где у людей находится голова.

- Ха, раньше. Знаешь, раньше я не делал того, чем мы занимались последнее десятилетие. Даже не мог представить, что буду это делать. А ведь хорошо получалось. Лучше, чем что либо ещё в моей жизни.

- Так стоит ли что-то менять? Ну, кроме места проживания само собой.

- Ценю твоё беспокойство, но давай на этом остановимся. Я разберусь сам. Попробую разобраться. Надеюсь, ты тоже куда-нибудь уедешь сразу после меня и мы ещё встретимся в более лучших обстоятельствах.

Рилэнд встал из-за стола, протянув руку Лиету.

- Даже не сомневаюсь, Ри. Мы ещё наверстаем своё.

Последовало крепкое рукопожатие. Первым ушёл Лиет, как всегда быстрыми, немного резкими шагами. Через несколько секунд постоялый двор покинул и Рилэнд. До темноты ему нужно было добраться до Мидела. Там была косая лачуга с протекающей крышей, которую ему сдавали за гроши. Сейчас это был его дом.

Зима 1047 года. Полдень. На пути к Алдрину.

Так как путь по морю был заказан, оставался только проход через Скалистые Горы в Алдрине. Оставшихся средств хватило на то, чтобы купить себе место в караване, а это было не легко. Несколько раз Рилэнду отказали, лишь взглянув на него. Отъезд был запланирован на более ранний срок, но из-за осторожности и нескольких отказов, всё решилось лишь к зиме. Караванов было не много, при плохой погоде дороги могло замести, а крепкий попутчик в такой ситуации мог пригодиться. За всё время пути у Рилэнда было много времени на раздумья. Пожалуй, он никогда так много не размышлял о своей жизни ранее. Может быть, сказывалась старость уже маячившая на горизонте? Четыре десятка лет, а у него опять ничего нет. Саркастичная рифма. Словно тот юнец, что когда-то отплыл в Амидел. Какое же это было время! Что сказал бы его отец, будь он жив сейчас? С каким трудом они с матерью скопили деньги на его учёбу, желая лучшего будущего для сына. Как долго отец отсутствовал в морских плаваньях и оставил свою жизнь на дне морском. Рилэнду казалось, что он предал своих родителей, променяв почти оконченное образование на морские странствия, думая, что берёт пример с почившего отца. В действительности же он сделал это для самого себя. Да, будучи матросом, он видел портовые города, пустыни и тропики, землю усыпанную снегом до самого горизонта, где было ещё холоднее, чем в его родном Устере. В итоге всё закончилось здесь. В этой крытой повозке с поскрипывающим колесом, которое смажут на очередном привале. Рилэнд вспомнил и тот день, точку невозврата, когда всё пошло не так, как должно было. Двенадцать лет назад он вернулся домой, лишь для того, чтобы вновь его покинуть. Рилэнд думал, что присоединиться к наёмникам будет куда сложнее. Сейчас он понимал, что в какой-то мере его просто использовали. Использовали так же, как и остальных. Грехи их были разнообразны, а злодеяния непростительны. Оставался лишь один выбор: умереть духовно или умереть физически. Ри, как все его называли, хотя ему не нравилось, когда сокращают его имя, думал обо всём этом и ничего не чувствовал. Ничего кроме одного непреодолимого желания – отклонить ту последнюю стрелу, которую он всё же осмелился выпустить, а лучше не стрелять вовсе. Его не беспокоила рука, которая почти зажила, и то, что они перешли дорогу иной организации. Пусть всё будет как прежде, главное не выпускать стрелу. Возможно, тогда он смог бы разомкнуть этот порочный круг. Но прошлое, есть прошлое и разумом Рилэнд понимал, что никакие размышления его не исправят. Поможет разве что принятие действительности. В один из дней, когда он был погружен в подобные размышления, караван наконец-то прибыл к Алдрину, точнее той его части что находилась в предгорьях. Здесь он впервые увидел народ дварфов и оценил их рациональность, когда один из тамошних следопытов – в действительности Рилэнд сам так "обозвал" дварфа, потому что так и не понял, кем последний является – за определённую плату соизволил проводить его и ещё нескольких странников по туннелям Скалистых Гор до западного входа в Алдрин. Путешественники договорились держаться вместе, здраво рассудив, что путь пешком в одиночку, да ещё зимой может быть смертельно опасен. Рилэнд так ни с кем и не познакомился, обмениваясь лишь короткими фразами, когда это было нужно, хотя и слушал чужие разговоры о здешних местах. Другие искоса поглядывали на него, но не сторонились, не ощущая никакой опасности. День за днём, так они и дошли до распутья дорог, где каждый пошёл своим путём, а высокий мужчина, остался стоять глядя по сторонам. Смог ли он убежать или это лишь очередной привал на долгом пути? А если смог, что его здесь ждёт? Спокойная жизнь, которой у него никогда не было и о которой, он не мечтал ранее? Или же бесславная смерть, которую без сомнения по всем законам людской морали он заслуживал?
Последний раз редактировалось Рилэнд Чт фев 23, 2017 4:55 am, всего редактировалось 5 раз(а).
Good, bad. I’m the guy with the gun
Аватара пользователя
Рилэнд
 
Сообщения: 1
Зарегистрирован: Вс фев 19, 2017 12:51 pm
Откуда: Санкт-Петербург

Re: Рилэнд

Сообщение Кая » Чт фев 23, 2017 8:50 am

Принято. Приятной игры :)
Будь пушистым внутри и бронированным снаружи

Изображение
Аватара пользователя
Кая
 
Сообщения: 381
Зарегистрирован: Вс ноя 02, 2014 2:56 pm
Откуда: Страна загадок


Вернуться в Архив квент

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 0

cron